Торгар Северный

После жара пустыни дождь и туман принесли спасительную прохладу. Три фигуры брели по серым и туманным землям. Двое были настороженны, держа на готове оружие, и шли за третьим, что шел уверенной походкой, словно был в этих места много раз или даже жил здесь. Прошло немного времени, и путники приблизились к странным строениям. Разглядев вокруг них силуэты, пригляделись, и те двое, что держали оружие, замерли, не в силах перебороть себя. Дождь все не прекращался, туман лишь слегка рассеялся, позволяя рассмотреть то, что остановило людей. Души давно умерших людей, чей покой был потревожен, и теперь они охраняли эти земли. Путники переглянулись, мужчина-проводник достал оружие, что осветило серую от дождя и тумана окрестность. Стражи этих земель повернули свои головы, уставившись пустыми глазницами на непрошенных гостей. «Не дай, Имир, присоединиться к ним, позволь войти в свои чертоги» — произнесла девушка, затем все трое ринулись в бой.

**********************************************************************

Дойдя до одного из строений, путники остановились перевести дух. Каждого из них трясло не только от пыла сражения, но и от осознания происходящего. Мужчина, что держал оружие из светящегося металла, приложил руку к косяку и произнес:
— Это здесь. – кивая в пустой и темный проем.
— Ты уверен, киммериец? – хмуро спросил второй мужчина, поглядывая на девушку, чтобы убедиться в ее невредимости.
— Мой народ живет здесь уже достаточно и легенд об этом месте полно. – киммериец утвердительно кивнул и первым вошел, подавая пример остальным.
Привыкнув к темноте, слабо освещаемой оружие киммерийца, путники замерли, увидя перед собой мужчину, что крутил молот в руках и смотрел на них. Он не был похож на остальных не упокоенных. Прежде чем трое успели что либо сделать или сказать, призрак произнес:
— Будьте осторожны. Вы ступаете по костям моих родичей.
Люди дружно посмотрели себе под ноги и замерли, видя кости нескольких десятков людей.
— Это склеп. – выдохнул мужчина, пытаясь отстранить девушку, но та словно окаменела, завороженно глядя на не упокоенного.
— Живым не место в Гибельных курганах. Не тревожьте мертвых попусту. Я не знаю зачем вы пришли, но дать вам мне нечего. – призрак вздрогнул, а может просто качнулся от порыва ветра. — У меня нечего брать, меня ограбили задолго до твоего прихода. Я могу предложить тебе только мудрость. Я — Торгар Северный, кузнец из клана медведя. Верни то, что у меня отняли, дочь севера, и наследие величайшего из асов станет твоим.
Призрак, произнося эти слова, смотрел лишь на девушку, сделавшую шаг вперед и неотрывно внемлющую ему.
— Но как мы… Что мы можем… — пролепетала девушка, чем вызвала недоуменные взгляды обоих мужчин, знавших ее как совсем не робкого, а порой и безрассудного воина.
Призрак же, словно не слыша ее слов, продолжал:
— Всю свою жизнь я изучал сталь. Там, где нынешние кузнецы не видят ничего, кроме металла, я видел жизнь и многообразие, норов и сердце. Все свои знания я посвятил рунам, которые моя жена охраняла так, как мать охраняет свое дитя. Годрин, мой сын… Когда я ушел, на его долю выпало продолжить мое дело. Я до сих пор слышу, как ночами с юга доносится его боевой клич. Вцепившись в табличку, он отбивается от воров, которые за ней пришли…. – призрак замер, затем, сделав шаг вперед к людям, произнес громче. — Верните то, что у меня отняли!
Путники, наконец, отмерли и попятились. Призрак, не замечая их схватился за молот и с силой ударил по наковальне, что стояла рядом. К удивлению людей, наковальня издала звук, затем еще и еще, пока молот раз за разом опускался на нее.
Выбравшись наружу, троица привалилась к стене строения и стала жадно пить из бурдюков, словно это могло им помочь оправиться от увиденного.
— Годрин, Годрин… А мне знакомо это имя! – вдруг произнес киммериец, поворачиваясь к остальным. – Он жил в стороне от всех, но после того, как что то потревожило мертвых, его никто не видел.
— Да к черту это все и тем более мертвых! – воскликнул второй мужчина. – Мы сейчас же уберемся отсюда. Вы, киммерийцы может уже и свыклись жить со всякой дрянью под боком, но…
— Мы никуда не уйдем. – твердо произнесла девушка, поднимаясь и глядя прямо на мужчин.
— Ты с катушек слетела, Алая? – мужчина, попытался схватить девушку за плечи, чтобы привести в себя, но та увернулась.
— Нет, ты ведь слышал все тоже, что и я, Мауро. Наши противники не мертвые, мертвым воровать ни к чему. – девушка была упряма, по непонятным и ей самой причинам.
— Чем дольше вы припираетесь, тем больше мертвых потревожите. – киммериец хмуро оглядывался. – Я проведу вас по землям моего народа, люди там не слишком дружелюбны, но это хотя бы люди.
Мауро хотел еще что то сказать, но видя упрямство девушки, лишь махнул рукой, убирая бурдюк и вновь доставая оружие, показывая готовность идти.

**********************************************************************

В южной части курганов путники нашли полуразвалившийся дом, а внутри было все перевернуто. Несколько людей окружили связанного пленника и явно что то выпытывали. Кто то успел достать оружие, но вскоре все они осели мертвыми на пол, а троица освободила связанного мужчину, убедившись, что тот и есть Годрин, сын Торгара. Он поведал, что воры прибыли с юга, из города, названия которого он не знал. Они прознали о смерти его отца и возжелали сами обладать искусством Торгара Северного. Однако Годрину удалось укрыть лишь немногие записки, да герб своего отца – рецепты и руны, что хранила жена Торгара были похищены вскоре после смерти кузнеца его старым другом. Тот всегда завидовал умелому кузнецу и сам желал обрести эти знания. Однако это так и не суждено было сбыться. Завистник умер по неизвестной причине, но, говорят, его дух так и охраняет руны и рецепты Торгара.
Путники переглянулись, Мауро уже собирался отказаться от всего, ведь связываться с мертвыми себе дороже. Но девушка невозмутимо полезла в один из мешков троих и достала оттуда склянки со странной жидкостью, увидев которую, киммериец воскликнул:
— Киммерийская мазь! Мой народ использует ее против этих тварей! Откуда она у тебя?
— Наш алхимик и не на такое способен, — ухмыльнулся в ответ Мауро, беря склянки у девушки. – Так ты говоришь, эта дрянь поможет нам против неупокоенных?
— Нанеси ее на оружие и она иссушит мертвеца. – кивнув, произнес киммериец, показывая, как именно нужно это сделать.
Дом старого друга находился на западе Курганов, куда компания и направилась. На месте они увидели небольшой почти разваленный домик. Ветхая дверь была закрыта изнутри. Мауро одним мощным ударом ноги выбил её, и та разлетелась в щепки. Дух, находившийся внутри, зашипел на незванных гостей и бросился на Мауро, замахиваясь своим призрачным мечом. Тот отпрыгнул в сторону и пригнулся, и меч просвистел у него над головой, ударившись в старый шкаф, разрубая на нём старые доски. Алая, в это время стоявшая в дверном проёме с луком на изготове, выстрелила в духа. Стрела пролетела сквозь бестелесную массу прямо между лопаток и воткнулась в половицу. На глазах изумлённых пиратов дух выронил меч из рук, который просто растаял в воздухе. Затем призрак упал на колени и начал будто бы сгорать изнутри, корчась в агонии, и через мгновение растворился в воздухе. В центре комнаты, в которой пал дух, стоял покосившийся столик, на котором находился ларец. Годрин одни прыжком оказался у ларца, откинул иссохшуюся крышку и радостно повернулся к остальным.
— Они здесь! Все здесь: рецепты, руны, что так берегла мать! – голос мужчины сел от нахлынувших эмоций.
— Идем, твой отец ждал достаточно, — девушка ободряюще улыбнулась Годрину, и путники отправились прочь из старого дома.

**********************************************************************

— Мы вернули то, что было украдено, отец! – Годрин опустился на одно колено и протянул призраку своего отца записки, руны и герб дома. Тот сделал несколько шагов, прикоснувшись к сыну и вещам, произнес:
— Я помню тот день, словно это было вчера. День, когда король Дункар сделал меня старшим кузнецом и подарил моему роду герб. Поговаривали, что сам Имир направлял мой молот… То были славные дни.
Призрак повернулся к путникам, что стояли за Годрином, наблюдая за происходящим:
— Я благодарю вас за все, что вы сделали. Дело моей жизни и гордость моего рода в ваших руках. Теперь я могу быть свободен. – сказав это, Торгар вновь коснулся сына, прощаясь, и исчез.
Мауро ободряюще похлопал Годрина по плечу, поднимая и уводя того. Четверо людей молча вышли из старого дома, но тут же остановились. Перед ними стояли киммерийцы. Мужчины и женщины мрачно смотрели на людей, затем, к удивлению путников, расступились, пропуская их, и приложили кулак к груди, выказывая уважение к тому, что было сделано.